Press about us

Interview by Andrey Solovyev, Global Head of DCM at VTB Capital, for RBC

25 May 2016
RBC
«Это были именно иностранцы»

asoloviev.jpg
 
Глава управления по работе на рынках долгового капитала "ВТБ Капитала" (организатор выпуска российских евробондов) Андрей Соловьев рассказал РБК, инвесторы из каких стран приобрели облигации

Корр.: Расскажите о географии инвесторов. Действительно ли евробонды Минфина покупали иностранцы или все же, как писали СМИ, это были российские деньги, заведенные через западные структуры?

Андрей Соловьев: Это очень странные домыслы. Какие могут быть российские деньги в Великобритании? У нас традиционно состоятельные граждане держат средства в Швейцарии или офшорах. К сожалению, я не имею права раскрывать конкретных инвесторов, в том числе и из-за геополитических рисков, но уверяю, что это были именно иностранцы.

Могу сказать только, что больше всего бумаг приобрели инвесторы из Великобритании, которые купили более трети размещенных евробондов, затем по объему были инвесторы из континентальной Eвропы, Азии и США. Думаю, что высокий спрос именно со стороны британцев объясняется значительным количеством американских офшоров, которые присутствуют на их рынке и проводят сделки через Великобританию. Возможно, они так подстраховались, используя свои британские офисы.

Корр.: Были ли среди покупателей крупные западные банки и суверенные фонды?

Андрей Соловьев: В основном среди покупателей были портфельные управляющие, хедж-фонды, частные банки и даже была большая заявка от азиатского пенсионного фонда. Квазигосударственных структур среди покупателей мы не видели.

Корр: Как вы прокомментируете то, что иностранные клиринговые системы, Clearstream и Euroclear, не высказали своего отношения к размещению? Говорят, что многие инвесторы ожидали их заявления, и, когда этого не случилось, им потребовалось дополнительное время, чтобы согласовать участие в размещении со своими подразделениями по рискам. Действительно ли из-за этого размещение затянулось еще на день?

Андрей Соловьев: Все это так. Конечно, мы ждали решения Clearstream и Euroclear и давали им на это дополнительный день. Но этого не произошло, хотя задолго до размещения мы обсуждали этот вопрос. Но они так и не сказали ни да, ни нет. Больше времени мы им дать не могли, потому что сделка была в формате Т+3 и нам нужно было закрыть все расчеты в пятницу, чтобы не переносить транзакцию на выходные. Заявления не было, и западным инвесторам пришлось самим разбираться в том, каким образом они могут купить евробонды России.

Корр.: Как вы оцениваете премию по евробондам, которую получили инвесторы? Размещение прошло по ставке доходности 4,75% годовых, тогда как аналогичные бумаги торговались с доходностью 3,9-4% годовых. Не слишком ли это щедрый подарок?

Андрей Соловьев: Мы проводили размещение в условиях геополитической нестабильности, поэтому инвесторы хотели премию за риски. Также нужно учитывать, что за последние несколько месяцев доходность российских еврооблигаций снижалась, сейчас они торгуются на уровне 2013 года. И, конечно, инвесторы понимали, что бонды торгуются на исторически низких уровнях, и говорили, что Россия слишком дорогая. Чтобы привлечь их к новому выпуску, потребовалось дать им хорошую премию.

Конечно, сыграло свою роль и то, что размещение проходило через Национальный расчетный депозитарий (НРД). Это более сложная схема для инвесторов, но зато она позволила снизить риски, что фискальные и платежные агенты, функции которых выполняют американские банки, попробуют как-то затормозить расчеты и осложнить процесс продажи евро- бондов. Eще никогда размещение не проходило в такой политизированной атмосфере.

Корр: Вы считаете, что у Минфина еще будет возможность разместить в этом году оставшиеся $1,25 млрд?

Андрей Соловьев: Думаю, что еще будет окно на рынке, когда ситуация будет более благоприятной для размещения. Мы рассчитываем, что это позволит разместить оставшиеся бумаги по более низкой ставке, как это, например, происходило в 2015 году с инфляционными ОФЗ. Минфин последовательно снижал доходность по новым выпускам, что позволило им в итоге снизить ставку фондирования.

Именно поэтому Минфин не разместил сейчас все $3 млрд, хотя спрос позволял это сделать.
Корр.: Прокомментируйте заявление группы Barclays, что новые евробонды России не будут включены в расчетные индексы облигаций. Как это скажется на ликвидности этих бумаг?
Андрей Соловьев: Конечно, это сократит круг потенциальных покупателей, потому что многие фонды и инвесторы используют индексные стратегии для инвестиций. Но, безусловно, вопрос в том, было ли решение Barclays политическим или была какая-то экономическая мотивация. В любом случае спрос на бумагу большой, а кроме того, есть и другие индексы облигаций. Подождем их решений.

Источник

VTB Capital

Federation Tower West, 12, Presnenskaya emb., Moscow, 123100